Спектакль питерского музыкального театра «Прозрачные краски».
Набоковский треугольник.
«Страстно-порочная музыкальная драма, полная символизма и двойного смысла» — вот один из очень точных и кратких отзывов на это спектакль.
Музыкально-драматический спектакль «Прозрачные краски» основан на сюжетах литературных произведений первой половины 20 века, но искушенный зритель сразу узнает «Камеру обскура» Владимира Набокова.
Уже знакомые екатеринбургскому зрителю артисты из Санкт-Петербурга (в первую очередь, конечно, мы говорим об Иване Ожогине) воплотили на сцене, казалось бы, классический любовный треугольник, но, когда за основу берется проза Набокова, да еще положенная на музыку — происходит невероятное превращение и от этого действия невозможно оторваться.
На сцене в течении 2.5 часов идет исследование всё тех же вечных вопросов о сущности любви, морали, нравственности и человечности, но погруженное во времена триумфального шествия кинематографа, в период расцвета музыки, живописи и литературы. На острие столкновения двух эпох зритель следит за страстной, резкой, остроумной и, в то же время, трагической историей трёх персонажей. Вокальные и пластические рисунки становятся отражением внутренней жизни героев в тот самый миг, когда причудливая оптика судьбы соединяет их в одной точке — камере обскура, где все переворачивается вверх дном...
«Камера обскура» Набокова — вещь не для слабонервных, показывающая дно человеческой нравственности и морали, поражающая эгоизмом и жестокостью людей по отношению друг к другу. В центре — любовный треугольник: юная предприимчивая Магда (Наталья Мартынова); беспринципный художник-карикатурист, не имеющий постоянного дохода, Генрих Ахт (Иван Ожогин); и Глостер Мунк (МурадСултаниязов) — известный искусствовед, по возрасту годится Магде в отцы, бросивший ради нее семью.
На сцене из декораций — только прозрачный куб, легко трансформируемый в любое пространство. Напоминает большую камеру обскура. Это как большой черный ящик, внутри которого всё вверх дном: человеческие отношения, поступки... И сами герои искаженно воспринимают действительность. Верх символизма — слепота Глостера, не только физическая, но и духовная, отсюда и название спектакля «Прозрачные краски».
Арии и музыка соответствуют сюжету, удачно дополняют спектакль. Арии сложные, особенно партии Генриха Ахта — но Иван Ожогин профессионально их исполняет. Все трое (Ожогин, Султаниязов, Мартынова) поражают филигранностью игры, психологизмом, вложенным в каждую реплику, ведь непросто сыграть такое разнообразие чувств и переживаний, чтобы зритель поверил — и это при минимуме декораций. Драматизм зашкаливает, ни грамма лишнего в игре, всё четко и естественно, что даже некоторые эпизоды пробирают до мурашек. Видно, что каждый актер, вплоть до второстепенных молчаливых папарацци, влюблен в свою роль и сцену.
В спектакле много страсти и энергии. Спектакль держит в напряжении до конца, особенно тех, кто не читал Набокова, но даже кто знает сюжет по книге — встретят много неожиданных поворотов.
Подробности нет смысла рассказывать, это нужно смотреть! Несомненно одно — спектакль вызывает бурю эмоций: жалость, негодование, возмущение, осуждение, гнев, сопереживание... Он однозначно не оставит равнодушным ни одного человека в зале. «Страстно-порочная музыкальная драма, полная символизма и двойного смысла» — вот один из очень точных и кратких отзывов на это спектакль.
В Питере этот спектакль идет с успехом уже с 2017 года, он триумфально гастролировал в Москве и других городах России, и вот теперь добрался до Екатеринбурга.
Режиссер-постановщик и автор пьесы: Валерий Владимиров
В ролях:
Заслуженный артист России МурадСултаниязов.
Лауреат высших театральных премий «Золотая Маска», «Музыкальное сердце театра», «Золотой софит» Иван Ожогин
Ведущая актриса театра Буфф (Санкт-Петербург) Наталья Мартынова
Солист балета Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии, хореограф Сергей Худяков
Солистка балета Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии Зинаида Некрасова
